СЕГОДНЯ: на сайте 17515 телепрограмм и 3497 фоторепортажей

00:59
Полит.про polit.pro Видеоархив, фотоархив, , Информационный политический, , сайт Полит.Про, Лушников, программы, видео,Полит.ПРО, Телеканал ВОТ, Алексей Лушников, новости Санкт-Петербург, телеканал Петербурга, мнения, анонсы, культурная столица
НОВОСТИ: Сергей Цыпляев "Мир как никогда близко стоит к угрозе третьей мировой войны" Модельер Владимир Бухинник "Мода это страсть мужественных людей" Сбербанк надеется договорится со всеми валютными ипотечниками – Греф В России в IV квартале начнут выпускать продовольственные карты В Кремле отметили «глубокий кризис» в отношениях с Турцией Миллера переизбрали главой «Газпрома» еще на пять лет Фильм "Батальон" получил четыре награды на кинофестивале во Флориде В Германии заявили о желании сохранить диалог с Россией Турция уведомила Москву о введении «журналистских виз» для российской прессы Украина приостановила транзит российских грузовиков по своей территории

КАЛЕНДАРЬ

«  января 2016  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Авторская колонка  — 18:16 17 Января 2016

Каша горькая!

Юлия Меламед, о том, что такое настоящая независимость
Юлия Меламед, о том, что такое настоящая независимость
Юлия Меламед
В прошлом веке (прошлого миллениума) говорили: «Секс селлс». Мы на автомате верим этой максиме. А ведь секс не селлз уже давно. Это еще надо быть Ариной Холиной, чтобы пожинать такие жирные плоды с этого отощавшего поля. Остальным лучше не соваться. Канули в лету неврозы на сексуальной почве. Канули туда же сексуальные затравки для статей. Пансексуализм ушел.

Секс-неврозы сменились кризисом отсутствия смысла. И предсказания краха России продаются гораздо лучше, чем какой-то там секс

— «не помню, где находится и как называется, но шарман-шарман». Но я все-таки сунусь. Начну с секса. А зачем, будет объяснено ниже...

Поразила меня на днях фотография. На ней некрасивая неухоженная тетка держит плакат: «Women are not for decoration», что означает: «Женщины вам не декорация!». Вот сразу видно человека с раньшего времени, как говорил Паниковский. Кого сейчас эти антисексуальные революции тревожат! Они закончились тогда же, когда и сексуальные...

Но тем не менее фотография такая имеется. Хотя и не могу сказать, какого она года. Стоит себе такая женщина в пожеванных серых трениках с оттянутыми коленками, в шлепанцах, голову, она, может быть, дней десять уже не мыла, волосики тоненькие, бесцветные, зрение плохое, ну и оправу она себе, ясное дело, поленилась подбирать. Дома ее кошки, конечно, ждут. А она тут стоит и протестует. Против чего? Ну, ясное дело — против мужчин.

Против того, что они ее не хотят? Нет. Протестует против навязываемых обществом стереотипов. «Почему мужчины навязывают нам, что есть добро, что есть привлекательность, что желанно, что нет?» — как бы говорит своим плакатом некрасивая и неухоженная. Ее боль ясна и понятна. Была бы ее правда лучше услышана, если бы она была хороша собой? Не исключено.

Вот 8 января 2016 года швейцарская художница Мило Муаре встала голая, явив миру свое совершенное тело, и (протестуя против кельнских изнасилований) подняла плакат «Уважайте нас!». Два призыва уважать женщину, заявленные красивой и некрасивой, звучат очень по-разному и представляют два совершенно разных месседжа. Но это я, впрочем, так, на полях. Вернемся же к исходной фотографии...

Стояла бы эта защитница права женщины быть некрасивой и все бы шли мимо, не вчитываясь толком в скучный ее плакат, — да тут из-за угла появилась красавица и все испортила. А может, исправила (смотря как посмотреть). Вся из себя стройная, атлетичная, сильно накрашенная, завитая, в коротких алых атласных шортиках, открывающих зад и ляжки, в тонкой белой маечке, обтягивающей большую грудь размера, видимо, четвертого — непосредственное воплощение мужской мечты то есть...

Она бы и одним своим обликом портила бы песню некрасивой — но добрые люди с помощью фотомонтажа дали ей в руки другой плакат, на нем помадой было начирикано одно-единственное слово: «some» — то есть «некоторые». Так что в общем плакат стал выглядеть следующим образом: «Some women are not for decoration», что означает: «Некоторые женщины действительно не декорация».

О боги! Такого предательства женских интересов не видела земля. Нет чтобы сплотиться против диктата мужчин!

Та, что крашенная и складная, намекает на разные стартовые позиции, с которых мы, женщины, начинаем свой путь, свой спринт или свой марафон (кто как), в финале которого стоит лежит-восседает Мужчина. Некоторые изначально обделены природой, и им стать желанной намного труднее, намекает красавица.

То есть переводит разговор из плоскости «почему мы должны соответствовать стандарту женской красоты, возникшему в мальчишеской фантазии, фуфу» в плоскость «некоторые женщины стандарту соответствуют, а некоторые — нет, хаха».

Теперь скучная часть. По-моему, дамы — одинаковы. Они выглядят максимально контрастно, а демонстрируют одно и то же — несвободу от стереотипа. Они обе — в плену у навязанного мужского дискурса. Только одна браво его принимает. Другая — отчаянно протестует. Но ни одна из них не говорит, как сказала бы Раневская: «Идите в жопу, пионеры!» (без надрыва, спокойно, мирно, дымя жеваной папироской).

Ибо делать все, чтобы соответствовать стереотипу, и делать все, чтобы ему не соответствовать, — это одно и то же.

И вот теперь, после того, как я продала секс, продам и остальное. А именно: что такое конформизм и нонконформизм — с одной стороны. И что такое независимость — с другой. Давно пытаюсь понять. Но именно эта картинка наглядно показывает, что же это такое.

Конформизм и нонконформизм — два полюса одной несвободы. Несвободы от того, что тебе навязывает социум. Конформизм, пионеры — это ведь не какая-то бяка, присущая несамостоятельным недолюдям. Конформизм — это базовый адаптивный механизм человека как социального животного.

В 1951 году Соломон Аш провел серию исследований конформизма. В этом классическом эксперименте в комнату приглашались восемь человек, которым предъявлялось три отрезка для сравнения с эталоном. Их спрашивали, какая из трех линий соответствует образцу по длине. Все, кроме одного (испытуемого), были подставными. И все семеро («сообщников» экспериментатора) давали одинаковый неверный ответ (причем очевидно неверный). Испытуемый находился в конце группы, так что он сперва слышал ответы других, прежде чем ответить самому.

Аш обнаружил, что при таком социальном давлении подавляющее большинство (75%) испытуемых предпочитают согласиться с группой и следовать «групповому безумию».

Существуют разновидности эксперимента: например, известный советский опыт с детсадовцами и горькой кашей. У всех деток в группе каша была сладкой, а у последнего (испытуемого) — горькой. И во всех группах, давясь горькой кашей, последний ребенок повторял за большинством: каша, ага, сладкая. И только один мальчик в одной группе — нет, не сказал правды, но разрыдался: врать не мог, протестовать не умел еще.

Этот маленький мальчик — я.

Нет, не буквально. Но такова моя реакция. Откуда знаю?

В каком-то далеком советском году «опыт Соломона Аша» был нечаянно поставлен надо мной. Я, тогда шестилетняя девочка, гостила у кузины. Кузина моя Ольга была сильна характером, как все Ольги. Подавляла меня, как все Ольги подавляют всех Юлек. Волевая, наглая, умная, она теперь где-то в Штатах возглавляет какой-то очень крупный отдел крупнейшей компании и получает больше американского президента. Говорят, что ее отдел хотят сократить. Посмотрю я на них, как они это с ней сделают!

Так вот тогда, в мои шесть и ее восемь лет, мы сидели у нее на кухне, мой дядя, ее отец, приказал нам есть суп (вонючий) и ушел. Сестра моя Ольга, которой до того, как начать получать больше американского президента, осталось подождать еще лет тридцать, немедленно (каков практический интеллект!) вылила свой суп в раковину, одновременно с этим пригрозив мне: «Если выдашь, ты мне больше не сестра!»

Сразу же после этих злостных действий кузины раковина сделала свой последний бульк, и, как бог-из-машины, появился мой дядя и немедленно начал исполнять свой родительский долг, то есть чихвостить меня на чем свет стоит: «Как тебе не стыдно, Юля, вот Олечка съела весь суп до конца, а ты к супу не притронулась! Ах, ты еще и плачешь! Ну замечательно! Не ешь! И рыдаешь! Прекрасно!»

Вот это было давление! Вот это была сшибка мотивов! Вот это была картина: «Some women are not decoration» — где я — конечно, нелепая, очкастая, в трениках тетя с тарелкой супа вместо плаката, а Ольга — нагло ухмыляющаяся красавица в алых трусах.

Сдать сестру я не могла (конформизм). Вылить суп я не могла (нонконформизм). Съесть суп я не могла (отвратителен). А чтобы сформулировать протест («Какого черта я должна есть суп, кто это сказал?!»), не были еще готовы ни интеллектуальный, ни речевой аппараты. Я точно повторила поведение мальчика из советского варианта опыта Аша, чьего нонконформизма хватило только на то, чтоб разрыдаться.

Мы с мальчиком считали, что врать — нехорошо, но чтобы еще и руководствоваться тем, что считаешь хорошим, нужен таки порох в пороховницах.

Конечно, случай на кухне — это не чистый психологический эксперимент, где созданы условия для изучения конкретного социально-психологического процесса, это всего лишь случай из жизни. Но эта история навсегда осталась для меня историей о возможности неподчинения и независимости.

Считается, что желание быть частью группы свойственно человеку как виду. Только группы бывают разными. Нонконформисты — те же конформисты, только они проявляют конформизм по отношению к другой, меньшей, группе. Может, психологи меня отлупят, но мне кажется, что, если ты отчаянно протестуешь против большинства, ты себя идентифицируешь с каким-то меньшинством. Если ты панкуешь в приличной советской школе — где-то за углом бродит группа панков, с которой ты себя отождествляешь.

А по отношению к большей группе их нонконформизм — это конформизм, вывернутый наизнанку. Явный конформизм, равно как и крайний «нонкорформизм», есть одно и то же, а именно зависимость от среды.

Как маленький ребенок, который родителям подчиняется без критики, так и подросток, который бунтует против каждой просьбы родителей, критикуя каждое слово, — оба зависимы от родителей, не сепарированы.

Взрослость начинаются там и тогда, где и когда ты можешь спокойно выполнить мамину просьбу. Взросление, рефлексия, осмысление возможны.

И смиренные овцы Отца Нации, и истерично на него лающие оппозиционные «не овцы» одинаково от Отца зависимы.

Хочу полюбоваться на настоящую независимость... Хоть от диктата мужчин, хоть от диктата кровавого режима.

Юлия Меламед
Режиссер
Газета.ру

Далее по теме:

Алексей Лушников: "Реакция на трагедию А321 показала истинное лицо Петербурга — мужественное и красивое!" (слушать, читать)

Любовь Дуйко "Современная цивилизация способна противостоять глобальному потеплению и климатическим изменениям"

Алексей Лушников на Радио «Балтика», 2-ой выпуск: «Петербургу нужно принять лозунг «Всё для туристов» (слушать, читать)

Олег Харченко "Я взял карандаш и начертил первую линию Западного скоростного диаметра"

Телеканал «Синие страницы» объявил о наборе волонтеров

Юрий Веселов "Не удержали курс. Убили бизнес. Создали банковский кризис. Я бы на месте Набиуллиной застрелился"

Большая новогодняя аналитическая программа с Сергеем Цыпляевым и Алексеем Лушниковым "Итоги 2015"

Добавляйся Алексею Лушникову в друзья на Фейсбук и получай первым самую свежую информацию

Анонс. Последние проекты на Lushnikov.com

 265     (0)    
Поделись новостью с друзьями:
Имя *:
Email:
Все смайлы
Подписаться:1
Введи код:
 

  © 2011 - 2021, Полит.Pro, создание сайта - IVEEV.tvvot.ru
О нас · РейтингСигнал · Реклама · Контакты · Вход    
^ Наверх